... к удовольствию перед несчастьем" (современный флотский юмор)
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_2_16_56.jpeg)
Ещё Петр I говорил: «женщинам во флоте не бывать». Сегодня его завет вызывает лишь улыбку. Впрочем, не выполнялся он и в прежние времена...
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_2_18_58.jpeg)
Наверное, почти всем известно старинное морское суеверие: женщина на корабле – непременно к несчастью! Почему столь безапелляционно выносится приговор женщине, почему её издревле считают виновницей всех бед в море? Когда и кто первым сказал об этом, неизвестно, однако многие историки полагают, что, скорее всего, это поверье родилось в средние века, когда по всей Европе шла «охота на ведьм», а сама женщина была объявлена инквизицией вместилищем зла. Кстати, Пётр Великий в своём неприятии женщин на флоте был не одинок.
Королю Дании Фредерику II приписывают указ следующего содержания (1562 г.):
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_12_45_39.jpeg)
«Для женщин и свиней доступ на корабли Его Величества запрещён; если же они будут обнаружены на корабле, незамедлительно следует выбросить оных за борт».
Уходя в своё знаменитое плавание, увенчавшееся открытием пути в Индию, португальский мореплаватель Васко да Гама объявил во всеуслышание, что «ради заблудших женских душ, а также во избежание ссор и интриг» запрещает брать в море женщин; если же какая-нибудь будет обнаружена, то будет публично высечена, а её муж в кандалах отправлен в Португалию.
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_12_47_36.jpeg)
Увы, угрозы действа не возымели, и вскоре уже в открытом море были обнаружены три «зайчихи». Остаток пути все три дамы просидели под замком. А по прибытии в Калькутту верный своему слову Гама устроил всем троим публичную экзекуцию.
Нечто подобное произошло в 1766 году во время первой французской кругосветной экспедиции под руководством Луи Антуана де Бугенвиля, когда слуга одного из учёных экспедиции Баре на деле оказался девушкой сиротой. Гуманист Бугенвиль поступил мягче, нежели свирепый да Гама. Он позволил девушке перебраться на остров Маврикий, где та благополучно вышла замуж за одного из переселенцев.
Известно, что немало женщин было и на печально знаменитой «Непобедимой армаде». Причём один из относящихся к походу армады фактов можно отнести к разряду курьёзов. Понимая, что своего шанса упускать нельзя, несколько десятков девиц легкого поведения наняли на свои деньги специальное судно, которое неотступно следовало за испанским флотом. И дамы не прогадали. Как оказалось, невзирая на поражение армады, доход проституток превысил их самые смелые ожидания! Видимо, моряки, измученные тяжёлым походом и подавленные неудачами, больше кого-либо нуждались в утешении...
Первые послабления в вопросе о нахождении женщин на борту военных кораблей начались в XVII–XVIII веках. Тогда в некоторых европейских флотах матросам, прослужившим пять лет и более, стали разрешать брать с собой в море на непродолжительное время жён. Но эти вольности были скорее исключением – они всецело зависели от настроения командира корабля и мягкости его характера.
Пожалуй, всем известен сюжет кинофильма «Гусарская баллада». Но фильм фильмом, а в истории было немало реальных случаев, когда женщины переодевались в мужскую одежду и отправлялись на войну, зачастую превосходя отвагой профессиональных военных. Например, в годы русско-шведской войны 1788-1790 годов 32-летняя жительница Стокгольма Брита Кристина Хагберг, урождённая Нильсдоттер, записалась добровольцем на флот, выдав себя за некого Петтера Хагберга. Она задалась целью разыскать своего мужа Андерса, мобилизованного на войну и от которого не было никаких вестей. Удивительно, но ей это удалось! Какое-то время супруги вместе служили на 26-пушечной гемаме (гребном фрегате) «Стурбьёрн» («Styrbjo .. rn»). Говорят, как-то находившийся на борту судна адмирал Курт фон Стедингк, знавший мужа Бриты по фамилии, крикнул: «Хагберг!», и к нему немедленно явились оба законспирированных супруга.
В июне 1790 года гемама «Стурбьёрн» участвовала в Выборгском сражении и оказалась в самой гуще боя. Шведы потерпели поражение; Брита-Андерс получила ранение, и когда её перевязывали, выяснилось, что она – женщина. Тем не менее, неделю спустя Брита Хагберг приняла участие ещё в одном бою – Втором Роченсальмском сражении, завершившемся победой шведов. После войны отчаянной морячке была пожалована военная пенсия, а позже предоставлено пожизненное право торговать едой на центральной площади Стокгольма – в те времена это считалось привилегией, какой редко удостаивались замужние женщины. Брита скончалась в 1825 году.
В той же войне отличилась ещё одна шведка – Анна Мария Энгстен. Небольшой каботажный парусник, на котором она находилась, был остановлен русским военным судном. Капитан и немногочисленная шведская команда по требованию русских моряков спустились в шлюпку, но Анна Мария не подчинилась, спрятавшись в трюме. Ночью она стала к штурвалу и, невзирая на открытую по ней стрельбу, благополучно ушла под парусами в Швецию. Во всяком случае, так преподносила её деяния шведская пресса. Король Густав III пожаловал девице Энгстен медаль и военную пенсию.
Подобные истории с «маскарадом» случались и во флотах других стран. Например, некая Ханна Снэлл, переодевшись мужчиной, ухитрилась прослужить в британском флоте без малого десять лет.
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_12_56_18.jpeg)
И, якобы, всё это время её считали мужчиной. Если вспомнить условия быта на парусных судах того времени, то верится в такое с трудом…
У нас в стране отношение к женской службе вообще и на флоте в частности было традиционно консервативным. Только в октябре 1897 года в России был издан императорский указ «О допущении по вольному найму в учреждения Морского ведомства лиц женского пола к работе по счётной и письменной части». Впрочем, о службе женщин на кораблях тогда ещё не могло быть и речи.
Однако неумолимо приближалась эпоха женской эмансипации и равенства полов. Но об этом чуть позже.
Саламинское сражение, произошедшее в 480 году до н.э., явило миру женщину, которую без всяких натяжек можно назвать первой дамой-флотоводцем. То была сражавшаяся на стороне персов Артемисия, правительница Галикарнаса. Во главе своей флотилии она отважно билась с противником, даже когда все остальные части персидского флота были разбиты и бежали. Потрясённый Ксеркс, наблюдавший за ходом боя с прибрежного холма, воскликнул: «Сегодня мужчины были женщинами, а женщины – мужчинами!»
А вот знаменитая египетская царица Клеопатра славы на морском поприще не снискала. Во время сражения с римским флотом Октавиана при мысе Акциум (31 год до н.э.) она без видимых причин бежала с частью боевых кораблей, бросив оставшийся флот на полное истребление.
Ранние христианские предания донесли до нас историю о жившей в V веке святой Урсуле, пустившейся в плавание во главе одиннадцати тысяч девушек-паломниц. Увы, этой девичьей флотилии не повезло. В дельте Рейна они были атакованы, разбиты и пленены безжалостными гуннами.
Готская принцесса Альвильда, жившая на рубеже VIII-IX веков, может считаться одной из первых женщин-пиратов.
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_2_26_16.jpeg)
Отец хотел было выдать её замуж за датского принца Альфа, но своенравная Альвильда убежала из дома, взяв с собой служанок. Она снарядила корабль и занялась пиратством. По преданию, все воины на борту корабля Альвильды были женщинами. Однажды они встретились с другим пиратским судном и занялись разбоем вместе. Долгое время они грабили и топили торговые суда у побережья Дании. Принц Альф пришёл в ярость, он лично отыскал корабль Альвильды и атаковал его. Датчане имели численное превосходство и легко захватили пиратское судно. Но когда Альвильду привели к Альфу, тот внезапно расчувствовался и сразу же предложил даме руку и сердце. Видимо, это была любовь с первого взгляда. Альвильда ответила согласием, благоразумно решив, что лучше быть принцессой, чем болтаться на виселице за пиратство. Так что не только от любви до ненависти бывает один шаг, случается и обратное…
Вообще о женщинах-пиратах следует рассказать чуть подробнее. Среди морских разбойниц необычно выглядит леди Элизабет Киллигрю, жившая в XVI веке.
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_2_30_12.jpeg)
Она необычна тем, что была пираткой-аристократкой. Правда, дворянский титул она получила лишь тогда, когда вышла замуж за лорда Джона Киллигрю. А до этого она, дочь знаменитого пирата Филиппа Волверстона, участвовала в пиратских набегах вместе со своим отцом. Собрав с помощью оружия богатое приданое, девушка стала завидной невестой.
Джон Киллигрю был губернатором города Фалмут и пользовался всеобщим уважением. Его красавица жена Элизабет считалась женщиной набожной и кроткой. Никто и предположить не мог, что и губернатор, и его жена одновременно являются главарями целой пиратской флотилии. Четыре 30-пушечных корабля грабили в Ла-Манше все торговые суда, независимо от их государственной принадлежности. В нападениях нередко лично участвовала леди Элизабет, отлично владевшая оружием. Чтобы её вторая ипостась не раскрылась, всех свидетелей убивали, а захваченные корабли топили.
Лорд и леди Киллигрю занимались разбойным промыслом долгие годы и были схвачены лишь потому, что их выдали их ближайшие соратники. Лорда казнили, а данные о судьбе его супруги противоречивы. По одним данным, леди Киллигрю умерла в тюрьме, по другим, была освобождена благодаря королевской амнистии.
В начале XVIII века среди морских разбойников отличились сразу две дамы – Энн Бонни и Мэри Рид.
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_2_32_50.jpeg)
Энн Бонни родилась в 1690 году. Это была, как пишут современники, крепкая, стройная и красивая девушка, умная и обаятельная. Но юной леди, видимо, всё же чего-то не хватало. Поклонников она презирала, пока судьба не свела её с неким матросом по имени Джеймс, недавно вернувшимся из дальнего плавания. Чем именно приглянулся ей моряк, неясно, но Энни вскоре с ним обвенчалась. Девушке явно недоставало адреналина. И она его получила сполна, поскольку её муж оказался самым настоящим пиратом!
Молодожёны отправляются на один из островов Багамского архипелага – Нью-Провиденс, считавшийся классическим пиратским пристанищем. Там постоянно образовывались новые шайки, сбывалось и пропивалось награбленное. Имея небольшие суда, пираты успешно бороздили океанские просторы от Юкатана до Флориды, от Ньюфаундленда до мыса Доброй Надежды и дальше – вплоть до Индии. Обстановка на НьюПровиденс пришлась Энн Бонни по душе. Вместе с мужем она тут же нанялась на пиратское судно к некому капитану Рэкхему, весьма удачливому морскому разбойнику по прозвищу Калико-Джек, то есть «коленкоровый Джек». Так его прозвали за широкие коленкоровые штаны в полоску, которые он постоянно носил.
Капитан был очарован красотой Энни, да и пиратка вскоре ответила «коленкоровому» Джеку взаимностью, быстро сообразив, что лучше быть любовницей капитана, чем матросской женой. Она бросила незадачливого Джеймса и ушла к отчаянному Рэкхему. И хотя пиратские законы строжайше запрещали брать женщину на борт, влюбленный Калико-Джек сделал для дамы своего сердца исключение. Он обрядил Энн в мужское платье и велел называться матросом Андерсом.
Чтобы секрет не был раскрыт, матрос Андерс не имел никаких поблажек и выполнял тяжёлую работу наравне со всеми. Даже при столкновениях с неприятелем Энн в числе первых шла на абордаж, вступала в рукопашную, ловко орудуя клинком. Пираты успешно крейсировали у североамериканского побережья. Добычу сбывали в Северной Каролине, население которой с удовольствием покупало дешевые товары.
Летом 1717 года в Лондоне собрался королевский совет. Он объявил пиратам амнистию и призвал их добровольно отказаться от морского разбоя. Одновременно были ужесточены меры против тех, кто не пожелает сложить оружие. Английский король отправил на Багамы большую эскадру с ультиматумом: прощение раскаявшимся, петля остальным. Рэкхем решил не рисковать. Он принял амнистию короля и вместе со своей спутницей сошёл на берег.
Но на суше они пробыли недолго. Прокутив награбленное добро, Рэкхем и Энн наняли бригантину «Dragon» («Дракон») и взялись за привычное ремесло у восточного побережья Северной Америки. Во время одного из плаваний Калико-Джек заметил шлюпку, в которой лежал молодой матрос. Придя в себя, он представился англичанином Джоном Ридом. Вскоре англичанин освоился в новой обстановке и даже снискал уважение команды. Особенно Джон сблизился с Энни. Это, разумеется, не понравилось Рэкхему. Он вызвал соперника в свою каюту и собрался было без лишних разговоров прикончить его, но тот вдруг признался, что он – женщина, и зовут её Мэри Рид. Вероятно, коленкоровый Джек был немало удивлён. Убивать даму он не стал и разрешил Мэри остаться на борту. Несмотря на молодость, Мэри тоже успела многое повидать. С тринадцати лет она трудилась служанкой, однако эта работа показалось девице слишком скучной. Она сбежала и нанялась юнгой на военный корабль. Возраст и пол решительная девушка скрыла, придумав себе псевдоним Джон Рид. В перерывах между плаваниями она успела ещё повоевать и солдатом во Фландрии.
Потом Мэри устроилась матросом на голландский парусник, а после его крушения и попала к Рэкхему. В море Мэри чувствовала себя как дома, её темперамент соответствовал пиратской жизни. Однажды в ответ на нанесённое ей оскорбление девушка потребовала от обидчика сразиться с ней на саблях. Матрос видел, как лихо та расправлялась с неприятелем, и под насмешки товарищей отказался от драки.
Какое-то время «Дракону» сопутствовала удача, пираты грабили корабли и получали хорошую добычу. Но правительства разных стран принимали всё более жёсткие меры по борьбе с пиратством, королевские эскадры то и дело прочёсывали воды Вест-Индии. Однажды после успешной операции, в самый разгар веселья, когда многие матросы едва держались на ногах, на разбойников напал английский военный корабль. Англичане захватили пиратов врасплох, мало кто смог оказать сопротивление. До последнего сражались лишь отчаянные пиратки Энн и Мэри. Но, в конце концов, схватили и их. Это случилось 20 октября 1720 года, неподалеку от Ямайки. Через две недели в Сантьяго-де-Вега состоялся суд. Капитана и почти всю его команду в 300 человек приговорили к виселице.
После врачебного обследования, однако, оказалось, что обе дамы беременны. Но, несмотря на столь серьёзные смягчающие обстоятельства, пираток не помиловали. Правда, исполнение приговора отложили, ожидая решения в высшей инстанции, а заодно и родов.
Мэри Рид не смогла вынести тюремной жизни и умерла в 1721 году в камере накануне родов. А вот судьба Энн Бонни неясна: по одним данным – её казнили, по другим – отец пиратки сумел каким-то образом добиться её освобождения.
История знает и других морских разбойниц, из которых нельзя не отметить Мэри Блад – отчаянную подругу знаменитого флибустьера Эдварда Тича. Красивая и очень высокая (ростом более 1 м 90 см) ирландка стала разбойницей не по своей воле. Она направлялась в Америку, но её корабль подвергся нападению пиратов. Тич был поражён красотой и ростом девушки и тут же решил взять её в жёны. Выбора у Мэри не было, поскольку всех остальных пассажиров пираты попросту убили…
В качестве свадебного подарка молодая жена Тича получила оснащённый и укомплектованный командой корабль. Мэри Блад довольно быстро освоила разбойное ремесло и успешно грабила торговые суда на пару с мужем. Мэри обожала золотые украшения и особенно бриллианты, за что её прозвали Бриллиантовой Мэри.
Судьба оказалась благосклонной к пиратке: в отличие от большинства своих коллег по профессии, Мэри сумела избежать виселицы и обрести семейное счастье. В 1729 году она захватила испанский парусник и… с первого взгляда влюбилась в оказавшегося на его борту статного красавца-моряка. Она спасла пленнику жизнь и вскоре сбежала с ним в Южную Америку. Разъярённый Эдвард Тич долго пытался разыскать изменницу, но это ему так и не удалось.
В истории была и женщина – предводительница целой флотилии китайских пиратов. Госпожа Цин в начале XIX столетия терроризировала воды Южного Китая и дважды наголову разгромила флот императора.
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_1_10_59.jpeg)
Первый раз это произошло летом 1808 года, в котором Цин показала себя талантливым флотоводцем. Выдвинув вперёд часть своих кораблей, она с остальными укрылась в засаде за ближайшим мысом. Правительственная эскадра, решив окружить передовой отряд пиратов, расстроила свои ряды, чего и добивалась госпожа Цин. Удар из засады принёс ей безоговорочную победу.
Пекин жаждал реванша и, собрав все морские силы империи, отправил против пиратки Цин высокопоставленного адмирала Лин Фа. Но когда флоты сошлись, ветер внезапно стих. Госпожу Цин это не смутило, она пересадила своих людей в лодки и сампаны и отправила их на абордаж. Правительственный флот не ожидал нападения, адмирал Лин Фа растерялся, и его силы почти полностью были истреблены.
Император решился на рискованный шаг: он переманил на свою сторону Цун Мэнсина – пирата и конкурента госпожи Цин. Произведённый в адмиралы Цун вступил в затяжную войну, длившуюся несколько лет, но и он в конце концов проиграл. Важную роль в этой войне сыграла поддержка госпожи Цин населением: она дальновидно не трогала местных жителей, даже иногда помогала им и жестоко карала за любые попытки грабежа на контролируемых ею территориях.
Незыблемость власти госпожи Цин нарушилась лишь после того, как Пекин объявил амнистию пиратам. Император провозгласил, что каждый разбойник, решивший бросить своё ремесло, получит в собственность одного поросёнка, бочонок вина и некоторую сумму денег – достаточную для того, чтобы начать новую жизнь. Поверив обещаниям, от «королевы пиратов» ушли тысячи людей. Целиком отделилась от её флота и сдалась властям эскадра «Чёрного флага». Правда, поймать госпожу Цин правительственным войскам так и не удалось, но о её былом могуществе уже не могло быть и речи. Остаток жизни она провела, будучи предводительницей шайки пиратов, орудовавших в районе Макао.
Через 200 лет после смерти первой «некоронованной королевы» пиратов в тех же водах, где разбойничали её флотилии, появилась вполне достойная продолжательница кровавого дела, по праву завоевавшая такой же титул. Мадам Вонг, как её звали друзья и недруги, была верной подругой и умной помощницей мужа-пирата Вонг Кунгкима во всех его операциях. Но, когда в 1946 году он погиб, два его главных соратника пришли к вдове и предложили ей отступные за то, чтобы она полностью устранилась от их промысла. Молва гласит, что мадам Вонг в ответ вытащила свой браунинг и пристрелила обоих. С тех пор её власть над пиратами была непререкаемой.
Женщины капитанов и женщины-капитаны Запрет брать в плавание жён касался всех членов экипажа, но для капитанов часто делались исключения. Точнее, эти исключения они делали сами – ведь капитан на судне – бог и царь, и что дозволено Юпитеру… Вот лишь несколько примеров.
В плаваниях по Северному Ледовитому океану лейтенанта Василия Васильевича Прончищева, командира отряда Великой Северной экспедиции, участвовала его жена Татьяна Фёдоровна – первая полярная путешественница.
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_2_38_14.jpeg)
Оба они умерли от цинги и были похоронены на берегу океана недалеко от полуострова Таймыр.
Во время уже упоминавшейся русско-шведской войны 1788—1790 годов жена капитан-лейтенанта Романа Кроуна Марфа вопреки уставу находилась рядом с ним во всех плаваниях и боях, исполняя обязанности сестры милосердия. Любопытно, что когда Екатерине II поступил донос о неправомерном поведении Кроуна, подающего «дурной пример» другим, она не только не стала его наказывать, но и наоборот, повелела наградить Марфу Кроун орденом Святой Екатерины.
Вместе с мужем, работником Российско-Американской компании, не один год плавала по Тихому океану Анна Булыгина. При этом ей неоднократно приходилось исполнять обязанности не только рулевого, но и шкипера.
А первой в мире женщиной-капитаном дальнего плавания официально стала Александра Щетинина, поднявшаяся на капитанский мостик в 1935 году. В 1941-м, когда Балтийский флот осуществлял свой печально знаменитый и кровавый Таллинский прорыв по минным полям и под бомбами гитлеровских самолётов, старый пароход «Сауле», которым командовала Щетинина, получил серьёзные повреждения, начал тонуть, и его пришлось посадить на мель у острова Гогланд. Несмотря на тяжелейшие условия, «Сауле» удалось спасти, и через 8 дней после выхода из Таллина Щетинина привела его в Кронштадт.
Живой легендой можно назвать и другую нашу соотечественницу – Марию Попову, ставшую первым капитаном на Волге. В годы войны она командовала пароходом «Краснознамёнец», который доставлял боеприпасы сражающимся под Сталинградом частям Красной Армии.
В ходе Сталинградской битвы перевозку грузов по Волге обеспечивал другой примечательный корабль – катерный тральщик №611, имевший полностью женский экипаж. Командовала им Антонина Куприянова; в её подчинении находились шесть девушек, занимавших все штатные должности – от моториста до пулемётчицы. Конечно, женский экипаж боевой единицы флота – мера вынужденная, обусловленная суровым военным временем, тем не менее, этот факт можно считать уникальным. Причём не только для нашего флота, но и для любого другого.
В реальных боевых действиях в Ираке участвовали и 12 представительниц прекрасного пола, служивших на авианосце «Enterprise». Так, лейтенанты Кендра Уильямс, Лидди Бейтс и Кэрол Уотс пилотировали палубные штурмовики F-18 и бомбили неприятельские позиции, Лиззи Смит осуществляла патрулирование воздушного пространства над авианосцем, а остальные дамы входили в состав экипажей самолётов-разведчиков.
Но ещё до первой войны в Персидском заливе произошло событие, заставившее вздрогнуть военных моряков всего мира: в 1985 году в ВМС США появилась первая женщина адмирал!
![](http://sail-friend.ru/gallery/2_18_05_15_2_41_34.jpeg)
Выдающемуся программисту и главному системному аналитику флота Грейс Хоппер было присвоено звание контр-адмирала. Лёд тронулся: к началу ХХI века в американском флоте было уже пять женщин в адмиральских погонах: два вице-адмирала (Кэтрин Лафтон – командир военно-морской базы и Патриция Трэйси – заместитель флотского помощника министра обороны) и три контр-адмирала (Жаклин Барнс – начальник инспекторского управления министерства ВМС, Барбара Барнс – глава управления комплектования флота личным составом и Бонни Поттер – главный врач Атлантического флота). Что касается Грэйс Хоппер, то она скончалась в 1992 году. Ныне океанские просторы бороздит названный в честь неё 8315-тонный ракетный эсминец DDG70 «Hopper»…
«Феминизация» флота происходит не только в США. Стремительно растёт число женщин-моряков в военных флотах Великобритании, Франции и других западных стран. Например, в ВМС бывшей «владычицы морей» ныне служат около четырёх тысяч англичанок. В австралийских ВМС примерно две тысячи дам – это более 12 процентов всего личного состава. Кстати, недавно на Пятом континенте появилась и первая женщина-адмирал. 15 декабря 2011 года право носить контр-адмиральские погоны получила Робин Уолкер – начальник медицинской службы вооружённых сил Австралии…
Первое время женщинам дозволялось проходить службу лишь на надводных кораблях, но сегодня прекрасный пол с успехом осваивает и подводный флот. Самыми «продвинутыми» в этой области оказались скандинавы. Ещё в 1995 году в Норвегии появилась первая женщина командир субмарины. Такой чести удостоилась 32-летняя Сольвейг Крей, возглавившая экипаж дизель-электрической подлодки «Kobben». Позже передать субмарину в женские руки отважилось и командование ВМС Швеции: несколько лет назад оно назначило капитан-лейтенанта Паулу Уолленберг командиром подводной лодки «Sodermanland».
В США решение о допуске женщин к службе на атомных подводных лодках приняли в 2009 году. В связи с этим в конструкцию жилых помещений субмарин спешно внесли коррективы; сообщается, что переоборудование каждого корабля будет стоить примерно 5 млн долларов. Дамам предоставят отдельные каюты и «удобства» с приемлемым уровнем комфорта.
Вообще, наличие на борту военного корабля представителей противоположных полов предъявляет особые требования и к бытовым условиям, и к организации службы, и к дисциплине. Именно из-за присутствия на борту женщин жилые помещения новейших британских эсминцев типа «Daring» представляют собой уже не традиционные кубрики, а 48 отдельных и несколько десятков двухместных кают. Все каюты имеют доступ к Интернету, жилые палубы оснащены жидко кристаллическими телевизорами со спутниковыми антеннами. Корабль оборудован достаточным числом запирающихся душевых кабинок и тренажерным залом. Последний, по словам представительниц слабого пола, необходим для поддержания ими спортивной формы.
Интересно, что главные противники допуска дам к службе на субмаринах – это жёны американских подводников. Многие из них считают, что нахождение мужчин и женщин в течение долгого времени в замкнутом пространстве подлодки может довести до греха. И их подозрения не беспочвенны, несмотря на уверения командования ВМС о «строгой дисциплине» и «атмосфере высокой нравственности».
Летом 2009 года в министерстве обороны Австралии разразился скандал: достоянием общественности стали нравы, царившие на военном транспорте снабжения «Success». Там организовывались соревнования по сексу с денежными призами, устанавливались расценки на каждую служившую на корабле женщину, устраивались оргии… Была даже книга «сексуальных рекордов», куда заносились особо выдающиеся «достижения» членов экипажа «Success».
К счастью, в отечественном флоте подобного разврата не может быть. Поскольку отношение к нахождению женщин на борту кораблей, а тем более подводных лодок, у командования ВМФ, да и у большинства офицеров, сугубо отрицательное. Хотя, конечно, в нынешнем Российском флоте служат тысячи представительниц прекрасного пола, но все они занимают исключительно береговые должности. Во всяком случае, пока.
Так почему? И всё же, почему женщина во все времена считалась недоброй приметой для моряков? Ведь в Западной Европе дело доходило до того, что если на закладке или спуске на воду корабля присутствует девственница – это к несчастью, ну а если эта девственница ещё и рыжая, то тогда корабль можно сжечь прямо на стапеле, всё равно ничего путного не выйдет! Да и сегодня у «женского нашествия» на флот немало противников. Например, наши подводники нет-нет, да и обронят фразу: «Лучше пробоина в борту, чем дама на палубе!».
Существует мнение, что столь устойчивая и многовековая нелюбовь моряков к присутствию женщин на корабле происходит ещё из древнего морского суеверия, гласящего, что юбки на корабле непременно вызывают встречный ветер или штиль. И то и другое было в эпоху парусных судов крайне нежелательно. Но более вероятно другое объяснение. Профессия моряка обязывает многие месяцы, если не годы, находиться на своих кораблях в море, и появление на борту дам обязательно вносило смуту в коллектив, влекло за собой ссоры, драки и даже убийства. А потому капитаны всячески стремились не допускать женщин на корабли.
Однако наряду со стойким неприятием женщин в море, моряки с давних пор с особым удовольствием давали своим судам имена тех же женщин, и особенно женщин любимых. Считалось, что такое судно перенимает от возлюбленной её чувства к моряку, никогда его не подведёт и обязательно возвратит своей тёзке, оставшейся на берегу. Так это или нет, кто может ответить, но то, что имена любимых согревали души и сердца моряков в дальних плаваниях – это точно.
По материалам