Косолапая гвардия: как медведи служили на кораблях российского флота

[Max57]

Представьте: вы на палубе боевого корабля в разгар Великой Отечественной войны. Рядом с орудиями, в окружении матросов, на бочке сидит... бурый медведь и с достоинством пьёт компот из бутылки. Кажется невероятным, но менее ста лет назад такое зрелище было вполне обыденным для российского флота. Существовала уникальная, ныне забытая традиция — держать на кораблях медведей не как талисманы, а как полноправных, хоть и нештатных, членов экипажа.

Как лесной зверь попадал на военный корабль

Чаще всего история начиналась с милосердия. Моряки, особенно служившие на Севере или ходившие в арктические походы, находили на побережье осиротевших медвежат — бурых или даже белых. Бросить беззащитного зверёныша на произвол судьбы не позволяла душа. Медвежонка забирали на борт, выкармливали и он оставался с командой.

На фото из семейного альбома полярного гидрографа Петра Яльцева сохранились кадры такого «моряка» — бурого медвежонка на цепи на посыльном судне «Купава». Подобные сцены были не редкостью. На линкоре «Архангельск» (бывший британский Royal Sovereign), переданном союзниками в 1944 году, согласно фотодокументам, жила целая пара медвежат. Запечатлён косолапый питомец и на руках у моряка-гвардейца у орудия эсминца «Гремящий».

Быт и служба корабельного мишки

Жизнь медведя на корабле была полна сурового флотского быта и курьёзов. Один такой медвежонок, привезённый матросом с лечения в госпитале, стал легендой минно-тральной команды. Он обожал компот, терпеть не мог очереди и следил, чтобы никто не лез без очереди. Пил он его особым способом — из бутылки с тряпкой на горлышке. Любимым развлечением команды были борцовские поединки с косматым питомцем, который, впрочем, был дурно воспитан: проигрывать не любил и начинал кусаться, а победив, гордо восседал на поверженном матросе.

Но была у него и одна «профессиональная» непригодность. При объявлении боевой тревоги, когда весь экипаж бежал по узким проходам на свои посты, медведь в панике несся в обратном направлении — в жилые кубрики. Протиснувшись сквозь ругающуюся толпу, он забивался под одеяло на первой попавшейся койке.

Почему традиция исчезла?

Причины были просты и непреодолимы. Подрастая, даже самый ручной медведь становился непредсказуемым и опасным. Известен случай, когда питомец одного из тральщиков начал «хулиганить» на берегу: он любил тихо подкрадываться к гулявшим по набережной женщинам и обнимать их сзади. Восторг дам, обернувшихся и увидевших медведя, был сродни ужасу. Поток жалоб привёл к строгому приказу: животное списать на берег. Медведя с грузом отвезли в зоопарк.

С белыми медведями было ещё сложнее. Они практически не поддавались дрессировке, требовали особого мясного рациона (а не судовой похлёбки), а достигнув трёх лет, начинали видеть в человеке не друга, а добычу. Их судьба была предопределена — зоопарк или цирк.

Последние из могикан

Традиция дожила до 1950-х годов. Татьяна Кудрякова вспоминает, как в детстве в Севастополе на кабельном судне В497 видела ручного бурого медведя по кличке Топтыгин. Моряки устроили для гостей целое представление со своим питомцем. Считалось, что он, возможно, был «списан» в команду из цирка.

Эпоха «военно-морских медведей» безвозвратно ушла. Сегодня на боевых кораблях из животных можно встретить разве что котов — непримиримых борцов с крысами. Но старые фотографии хранят память о времени, когда дружба человека и дикого зверя, скреплённая суровостью морской службы, была не легендой, а обычной практикой русского флота.

Источник