В 1904 г. русский крейсер “Варяг” героически сражался с японской эскадрой, но под угрозой захвата противником был затоплен командой. Спустя 10 лет канонерская лодка “Сивуч” совершила аналогичный подвиг в Рижском заливе, вписав славную страницу в героическую летопись русского флота. 19 августа 1915 г. в Прибалтике был ясный и безоблачный день Зеркальная гладь Рижского залива ослепительно блестела в лучах летнего солнца. За кормой корабля тянулся длинный искрящийся след. Командир канонерской лодки “Сивуч” капитан 2-го ранга Н.П.Черкасов знал, что этот поход будет трудным, а может быть, и последним. На горизонте вот-вот могла появиться германская эскадра, которая накануне прорвалась через Ирбенский пролив, чтобы содействовать сухопутным войскам в овладении Ригой.Встреча с эскадрой означала тяжелый неравный бой. Что могли сделать две канонерские лодки (в кильватер за “Сивучем” следовал однотипный “Кореец”) против линейных кораблей, крейсеров и миноносцев? Мощи артиллерийского огня канонерской лодки хватало в лучшем случае на поединок с миноносцем, но и этот корабль был сильным противником. Ведь кроме артиллерии миноносец располагал мощным торпедным оружием. Спущенные на воду в 1907 г. канонерские лодки имели водоизмещение около 1000 т и были вооружены двумя 120-миллиметровыми и четырьмя 75-миллиметровыми орудиями. В случае обнаружения противником на уклонение от боя и отрыв рассчитывать нельзя. Канонерские лодки были тихоходными, их скорость не превышала 12 узлов.
День прошел относительно спокойно. Однако на лицах офицеров и матросов нельзя было не заметить настороженности и тревоги в предчувствии грозных событий. Успокаивало то, что до похода экипаж успел обстреляться. Несколько раз канонерская лодка совершала огневые налеты на прибрежные позиции немцев, чем заслужила благодарность и даже восхищение офицеров и солдат 12 армии, оборонявшей Ригу.
“Командиру. Стрельба была поразительно точна, покорно благодарим славных моряков за помощь. Полковник Меликов”, — не раз корабль получал такие благодарственные телеграммы и семафоры с берега.
В один из налетов канонерская лодка попала под перекрестный обстрел нескольких немецких батарей, и ей удалось благополучно уйти лишь благодаря искусному маневрированию. Сложные зигзаги, которыми уходила лодка, не давали возможности точно пристреляться.
Сам командир Черкасов имел за плечами немалый опыт морских боев в русско-японскую войну. В Порт-Артуре он служил на миноносце “Властный”, в результате минной атаки которого был потоплен японский миноносец. Последний период обороны Порт-Артура занимал должность старшего офицера на броненосце “Севастополь”. В ту войну он был награжден несколькими орденами.
Теперь Балтика, война с Германией. Службу на этом флоте Черкасов начал сразу командиром “Сивуча”. Долгое время канонерская лодка несла дозорную службу в Оландских шхерах. В июле 1915 г. корабль перешел в Усть-Двинск, в 18 км от Риги. С появлением в Рижском заливе сильной немецкой эскадры, состоящей из двух линейных кораблей, четырех крейсеров и нескольких десятков эскадренных миноносцев и тральщиков, малочисленные русские морские силы в заливе оказались в крайне опасном положении. Командование Балтийским флотом приняло решение срочно перебазировать корабли из залива в Моонзунд, где был создан новый рубеж обороны. Основная часть кораблей успела перейти в Моонзунд 17—18 августа. Канонерские лодки “Сивуч” и “Кореец” задержались в заливе с постановкой мин у Усть-Двинска и начали переход только 19-го утром.
Оставалось совсем немного, всего несколько часов, и обе канонерские лодки должны были войти под прикрытие своих береговых батарей и минных заграждений. С юга эту позицию усиливали подводные лодки “Минога” и “Макрель”. Однако судьба распорядилась иначе. На горизонте показался силуэт трехтрубного корабля. Смутно мелькнула надежда, что это не неприятельский крейсер, а свой минный заградитель “Амур”, поставивший себе для маскировки третью фальшивую трубу. Расстояние быстро уменьшалось. В лучах заходящего солнца были видны силуэты людей на палубе корабля. Теперь не оставалось никаких сомнений в том, что это немецкий крейсер “Аугсбург”. Канонерская лодка повернула вправо и дала самый полный ход. Но было ясно, что оторваться от противника невозможно.
“Передать сигнал на “Кореец”, вступаем в бой”, — скомандовал командир “Сивуча”. Он был флагманом. На стеньге корабля взвился боевой Андреевский флаг. Экипаж занял место по боевому расписанию. Матросы замерли у орудий, установив прицелы по команде артиллерийского офицера.
Первый залп крейсера лег в сотне метров с правого борта “Сивуча”. После нескольких залпов, крейсер внезапно прекратил стрельбу, оказавшись за кормой канонерские лодки. Затем он перешел на правый борт кораблей, сблизился, и снова начал стрельбу. Канонерские лодки открыли ответный огонь всеми орудиями.
После захода солнца быстро стемнело, и пользоваться дальномером стало невозможно. Управляющему огнем приходилось определять дистанцию до крейсера на глаз. Но делать это было нетрудно, так как расстояние не превышало нескольких кабельтовых. Крейсер стрелял всем бортом, периодически с него взлетала осветительная ракета. Как только она гасла, вспыхивал луч прожектора, освещавшего канонерские лодки, и крейсер выпускал очередной залп. Со стороны картина могла показаться красивым волшебным фейерверком.
На самом деле это был настоящий ад. С обеих сторон появились убитые и раненые. Вспыхивали пожары, из-за пробоин в бортах в корабельные помещения стала поступать вода.
Русские артиллеристы работали виртуозно: и при ослепительном свете ракеты, и в полной темноте матросы с невероятной быстротой подавали патроны, заряжали пушки и стреляли. На палубе скопилась куча стреляных гильз…
Крейсер сосредоточил весь огонь на “Сивуче” как на головном корабле. Море кипело от леса всплесков, окружающих корабль со всех сторон. Но что удивительно, теперь лица офицеров и матросов выражали спокойствие и сосредоточенность. Неравный поединок не приводил их в отчаяние. Было видно, что каждый готов умереть, но до конца выполнить свой долг. Слышалось: “Умрем, братцы, но не посрамим русского флота”.
Неожиданно из-за крейсера показались два миноносца, которые атаковали торпедами “Сивуч”. Черкасов приказал перенести огонь на миноносцы. Через минуту один из них запылал и, охваченный огнем, быстро затонул. Другой миноносец поспешно удалился.
Огонь канонерских лодок был вновь устремлен на крейсер. От попаданий снарядов начался пожар, была разрушена боевая рубка. Однако доставалось и канонерским лодкам. “Сивуч” получил несколько пробоин в машинных отделениях. Аварийные группы по борьбе с огнем и водой самоотверженно боролись за корабль. На “Корейце” была повреждена мачта. Вдруг на крейсере погас прожектор. В него попал снаряд. Выведен из строя командный пункт корабля. Крейсер стал отходить. В темноте канонерская лодка “Кореец” отделилась от “Сивуча”. Впоследствии она была выброшена на мель и взорвана экипажем, чтобы ее не захватили немцы.
“Сивуч” продолжал бой один. Положение стало трагическим, когда на помощь крейсеру подошли два линейных корабля “Позен” и “Нассау” в сопровождении нескольких миноносцев. Почти в упор, с расстояния 200 саженей, они засыпали снарядами яростно отстреливавшийся “Сивуч”.
От бесчисленных пробоин внутренние помещения канонерской лодки заполнились водой, все горело. Среди команды было много убитых и раненых. Корабль потерял ход. Прошло еще несколько минут, и он стал медленно погружаться. Но и погружаясь в морскую пучину, “Сивуч” продолжал стрелять по врагу из всех четырех орудий.
С песней “Врагу не сдается наш гордый “Варяг”” экипаж “Сивуча” принял геройскую смерть. По немецким данным, из экипажа канонерской лодки было спасено 2 офицера и более 30 нижних чинов.
Потери, понесенные противником в период прорыва и боевых действий в Рижском заливе, заставили командующего германской эскадрой вице-адмирала Шмидта свернуть операции в этом районе, и 21 августа 1915 г. эскадра покинула залив. Был надолго выведен из строя крейсер, потоплен миноносец. Дорогой ценой досталась немцам гибель канонерских лодок.
Источник
Гостей: 465
Скрытых: 0
Пользователей: 0