Cалон красоты для «Эсмеральды»

[bigbird]

Лодку «Эсмеральда» российского участника безостановочной кругосветной регаты одиночек Golden Globe Race Игоря Зарецкого в пригороде австралийского порта Олбани наконец-то очистили от морских уточек, толстым слоем наросших на днище. Теперь судно ждет покрытие грунтом и двумя слоями несмываемого антифоулинга, который уже привезли на место ремонта.

Во время небольших прямых видеотрансляций 12 и 13 декабря, организованных в официальной группе поддержки путешествия Зарецкого в Facebook, капитан рассказал о том, как было принято решение все-таки остановиться в Австралии, а также о дальнейших планах относительно регаты.

«Было две причины: обрастание и, в первую очередь, обрыв штага. Пришлось из остатков штага делать ремонтный вариант, делать самому огон, подниматься на мачту, где я четыре с лишним часа проработал. У меня не было 100% уверенности, выдержит ли мой огон. Я не увеличивал паруса — боялся за штаг. Идти в Тихий океан с таким штагом и с этим ремонтным вариантом на топе мачты было бы не благоразумно.

Я не скажу, что это решение было принято в течение дня-двух. С середины Индийского океана я прикидывал шансы, прикидывал скорость лодки. Все грозило тем, что я бы оказался у мыса Горн поздней осенью, а это не вариант. Конечно, перейти в класс Chichester было трудным решением, но есть и другие вещи, которые гораздо важнее результата, участия в одном классе или в другом.

Я, наверное, и после финиша не смогу рассказать, что переживал, когда чувствовал, что ко мне "ведро" привязали. И немаленькое. Терпения хватило дойти до Олбани. Но, честно говоря, психологический удар был довольно приличный. Я не говорю, что опустились руки, но пришлось какое-то время заниматься аутотренингом.

Но увидев лодку в воздухе, увидев, что у нее под днищем, все мои сомнения полностью исчезли. Я поступил благоразумно. Когда лодку подняли из воды, я на чистом австралийском услышал некоторые словечки, идентичные нашим народным, выражающие крайнее удивление.

Я никогда не видел лодки, которые ходят, настолько обросшими. Стало ясно, почему в 20 узлов я еду 3 узла, почему тяжело работает авторулевой: ось пера руля вся была забита этими моллюсками. У них основание — как герметик, как густая смола. Винт также был весь (сам вал и подшипник) заросший.
Пол дня мы только обрубали этих моллюсков. И это стоя на твердой почве. У меня же была мысль на один французский островок заскочить, спуститься и ножичком, как некоторые из моих соперников, убрать заросли. Но тут не ножичек нужен был. Тут такой секач нужен!

Теперь, что касается планов: как только смогу, так сразу и выйду. Надеюсь, что в пару-тройку дней лодка будет покрыта грунтом и антифоулингом. Мне очень понравился городок и местные жители, которые пришли помогать очищать лодку от "пассажиров". Но мне нужно как можно раньше выскочить в океан. И я все сделаю для того, чтобы сократить срок пребывания в Олбани.

К слову о русских в Австралии. Виталий прилетел с восточного побережья. Все эти дни он помогает, привез инструмент…

Вы знаете, возвращается давно забытое чувство веры в людей. Понимаешь, что есть и другой мир, кроме нашего телевизионного.
Нормальные люди, готовые всегда прийти на помощь».

Один из зрителей трансляции спросил у Зарецкого, не думает ли он досрочно завершить участие в GGR.

«Есть естественное и всегда оправдываемое правило: бороться до конца, — ответил яхтсмен. — Потому что, посмотрите, что мы видим на протяжении всей гонки — все может случиться в любой момент! Может случиться со мной, может случиться с соперниками. Поэтому, пока ты не увидел входной буй в Ле-Сабль-д’Олон, борьбу нельзя прекращать.

Это не значит, что я с нетерпением жду, что у соперников что-то случится. Вовсе нет. Это очень неприятные переживания, когда получаешь сообщения, что тот-то — перевернулся, сломал мачту, у того-то — колоссальные проблемы. Эти все вещи не имеют ничего общего со спортивным азартом. Гонка… Даже не гонка — океан — может растасовать так… В любой момент может все перевернуться с ног на голову».

Анастасия Носова