В рубрике «Личный опыт» участники сообщества «Силы ветра» делятся впечатлениями о путешествиях на парусных яхтах. Кому-то запоминаются дельфины в теплой Италии, а кто-то до сих пор представляет себя на высокой скале над Люсефьордом в Норвегии. В этом материале о парусном походе в Карелию рассказывает Варя Гурова, главный редактор журнала «Сила ветра».
Неделю назад я впервые отправилась на Белое море. Никогда не была в Карелии, а тут еще и на парусной яхте. Помню удивление попутчиков в поезде Москва-Мурманск, когда рассказала им, куда собралась.
Путешествие начинается еще в поезде — смотришь себе в окно, вспоминаешь детские поездки в лагерь на юг России, покупаешь бессменный пирожок и 50 грамм морошки на перроне в Свири. С частью команды мы познакомились прямо в поезде, встретились в вагоне-ресторане и быстро нашли общий язык под хиты из 90-х. Кто-то сказал, что на север не едут случайные люди — с нами было абсолютно так же, все люди в команде были очень классные, отзывчивые и интересные.
Как обычно, сначала всем было немного страшно: что нас ждет, куда мы попали, что вообще будет? В Чупе нет станции — просто перрон на земле, и уже понимаешь, что ты уехала куда-то очень далеко. В городе живет всего 3000 человек. Мы ехали в 4 утра по городу и видели школьников, которые возвращались с дискотеки. Все было примерно как во сне.
Мы закупили продуктов на неделю, погрузились в лодки и отплыли. Вообще, Чупа — уникальное место, здесь сразу начинается простор, и через пару часов яхта оказывается в Кандалакшском заливе. Ветер сразу становится свежее, появляются волны, а дождь видно заранее — он приближается полосой, поливает 5 минут, а потом идет себе дальше. После этого появляется золотой просвет солнца, который врезается клином в серую массу и так же таинственно пропадает. Примерно там, где-то у мыса Шарапов мы увидели первого тюленя, который высунул из воды свою усатую голову и, как и мы, не очень понимал, что происходит.
В каком-то смысле нам не очень повезло с погодой — всю неделю было довольно холодно, где-то 15 днем и 7-8 ночью. Это не помешало нам кайфовать от скалистых берегов, которые скрывались в тумане, как на каких-нибудь Фарерах. А в единственный солнечный день мы прыгали с яхты и купались в свежей воде — кажется, я до сих пор чувствую эту свежесть на коже, ощущения потрясающие.
Я мечтала побродить по лесу, полазить по каменюкам, и в Карелии мне все это удалось. Мы забирались на камни и провожали закат с лучшим видом на море в моей жизни. Много бродили по берегу и рассматривали красивые белые стволы деревьев, которые все годились на обложку какой-нибудь дес-метал группы. Мы ходили к водопаду на Сонострове, и там впервые увидели ягель — красивый и очень пористый белый мох, который напоминает губку. Мхи — это отдельная любовь. Мы с Олей вели учет каждому новому подвиду и с видом знатоков отличали мох от лишайника.
Все удивились морским звездам, которые вдруг толпами показались на отливе у причала. Про мидии все, вроде бы, итак знали, но потом мы встретили красно-пурпурных медуз, которые я видела только на острове Корфу. Позже на биостанции нам рассказали, что в Белом море водятся, к примеру, арктические рачки, и вот это все сочетание местной фауны просто поражает.
Закат в предпоследний вечер был особенным. Во-первых, он был единственным настоящим закатом, а еще он был очень вовремя. Как сказала Лена, мы все наше путешествие как будто шли к этому моменту — чтобы оказаться наверху скалы, где-то на диком берегу Карелии, смотреть, как солнце из желтого становится фиолетовым и думать о чем-то очень важном и своем.
Примерно в этот момент я поняла, что не прощаюсь с этими прекрасными местами и обязательно вернусь сюда еще. Cтало намного легче смириться с мыслью, что скоро уезжать. Ну а дальше уже было не важно, что третий увиденный тюлень оказался дайвером и что Чупа встретила нас дождем, под который мы выбегали из бани, чтобы прыгнуть в Белое море с причала. Холодно было только снаружи. Белое море — это любовь <3.
Источник
Гостей: 386
Скрытых: 0
Пользователей: 0
Groundhog Day